константин бальмонт

сайт исследователей жизни и творчества

"Поэт открыт душою миру, а мир наш — солнечный, в нем вечно свершается праздник труда и творчества, каждый миг создаётся солнечная пряжа, — и кто открыт миру, тот, всматриваясь внимательно вокруг себя в бесчисленные жизни, в несчетные сочетания линий и красок, всегда будет иметь в своём распоряжении солнечные нити и сумеет соткать золотые и серебряные ковры."
К. Д. Бальмонт

П.В. Куприяновский. Поэты-символисты в журнале «Северный вестник» (фрагмент)

Сотрудничество К. Бальмонта в «Северном вестнике» нисколько не меняет общей картины, а если оно не сопровождалось такими резкими конфликтами с редакцией, как у других символистов, так это потому, что, вообще, участие Бальмонта в журнале особенно тесным никогда не было. В «Северном вестнике» им напечатано всего 17 стихотворений (из них 3 – переводы из Шелли) [1].

Кроме того, в № 4 за 1894 г. Бальмонт опубликовал стихотворение А. Апухтина «На 25-летие деятельности А.Н. Островского». Учитывая огромную стихотворную продуктивность Бальмонта, нельзя не признать, что это количество – 17 стихотворений за 6 лет – очень невелико. Но это совсем не значит, что к «Северному вестнику» он относился безразлично. Так, в ответ на предложение Гуревич вступить в пайщики журнала Бальмонт пишет ей из Парижа 6 марта 1897 г.: «Будущее “Северного вестника” мне очень дорого; хотя я, в силу внешних обстоятельств, принимал в нём самое скромное литературное участие, но мне всегда хотелось быть близким к этому журналу, его задачи совершенно совпадают с теми, какие, в размере единичных сил, я поставил самому себе. Повторяю, что предложение, сделанное Вами, встречает во мне самое живое сочувствие» [2]. Из писем Бальмонта к матери и к Волынскому видно, что к ряду статей Волынского Бальмонт относился сочувственно, а «Северный вестник» получал даже за границей и следил за ним. 2 июля 1898 г. в английском журнале «Athenaeum» он поместил обзор русской литературы, в котором хвалил писателей «Северного вестника» (Мережковского, Гиппиус, Сологуба, Горького – за «Мальву», Гуревич) и статьи Волынского из истории итальянского Ренессанса. Волынского Бальмонт назвал «знаменитым критиком» («the well known critic»), а «Северный вестник» – лучшим русским литературным журналом» («the best Russian literary journal») [3].

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что почти половина стихотворений Бальмонта в «Северном вестнике» напечатана за последние два года, когда другие символисты начали уже отходить от журнала. Объяснение этому находим в письме Бальмонта матери от 2 февраля 1897 г.: «Какие мои стихи были напечатаны в “Северном вестнике”? Я не знаю. Сотрудником там я не переставал быть, хотя давал очень мало своих стихотворений. Теперь буду давать больше, потому что, во-первых, сам же Волынский меня просил об этом, когда мы виделись осенью в Петербурге, и потому, во-вторых, что печататься нужно, а на рецензии не стоит обращать внимание. Сегодня ругают, завтра хвалят...» [4].

К рецензиям и к печатанию в «Северном вестнике» Бальмонт относился совсем не так равнодушно, как это вытекает из приведённого письма. Например, он был недоволен тем, что журнал подверг его резкой критике как переводчика стихов (1898, № 9, «Библиография»). Противопоставляя этой рецензии мнение профессора русской литературы в Оксфордском университете Морфиля, который «очень восторгался» его переводами Эдгара По, Бальмонт писал матери – не без язвительности по адресу Волынского: «Так ты, мама, огорчаешься, что меня бранят в “Северном вестнике”, вот тебе некоторый contre-poids. Мнение английского профессора несколько более весит, чем мнение Волынского» [5]. Из переписки Бальмонта с редакцией журнала видно, что в нём печаталось не всё, что он присылал туда. Не увидели света на страницах «Северного вестника» стихотворения «Не могу я забыть неотступный укор» и «Она придёт» (с посвящением Д.С. и З.Н. Мережковским), перевод поэмы Теннисона – «прекрасный образчик символизма, как его понимали Шелли и По» [6]. Осталось нереализованным, очевидно по «вине» редакции, предложение Бальмонта дать статью «об интересном и даже замечательном испанском символисте Франциско Гойя, офортами которого так восхищались Теофиль Готье и Бодлер» [7]. Список не напечатанного в «Северном вестнике», судя по переписке, следует увеличить ещё на несколько стихотворений. Раздосадованный этим, Бальмонт пишет Волынскому 19 февраля [1897 г. – ?]: «Многоуважаемый Аким Львович, посылаю Вам два стихотворения, не испытывая, впрочем, надежды, что Вы напечатаете их. Я совершенно теряюсь в догадках относительно того, какие требования предъявляете Вы к стихам. Но что делать, буду посылать то, что у меня есть. Я уже начинаю привыкать к отсутствию возможности печататься и к полному литературному одиночеству. Быть может, так и лучше. Если во мне что-нибудь есть, оно не пропадёт, а разовьётся» [8].

Определённую долю досады, проявившуюся в этом письме Бальмонта, следует отнести и за счёт критической оценки его Волынским. Из неё действительно трудно понять требования Волынского к стихам: отзывы Волынского сплошь наполнены отрицательными характеристиками: «перезвон рифм», «бедность духовного содержания», «подражательность», «непонятная картина», «искусственность поэтических описаний», «стилистические нелепости» и т. д. в том же духе (рецензии в № 4 за 1894 г. и в № 2 за 1896 г.). Признавая, что «Бальмонт – за символизм в искусстве», дарование его Волынский ставит ниже сологубовского и отмечает только «певучий музыкальный стих, в котором есть своя красота» (рец. в №№ 8—9 за 1898 г.). Знакомство с отзывами Волынского о Бальмонте убеждает в том, что отрицательная оценка его поэзии внушена главным образом «устарелостью» эстетических вкусов Волынского. В этих отзывах повторяются те же самые обвинения, которые им были предъявлены З. Гиппиус за стихотворение «Цветы ночи». «Поэтические отвлечения» и «соприкосновения с безбрежным и бесконечным», выраженные Бальмонтом в подчёркнуто новаторской форме, представляются ему от этого «надуманными претензиями», а не отзвуком подлинно идеалистических настроений.

Примечания

1. Из писем Бальмонта к его первой жене Ларисе Михайловне Гарелиной узнаём о том, что в бытность его в Петербурге в январе 1893 г. состоялось знакомство Бальмонта с Волынским, Мережковским и Минским, несколько встреч с ними и решение о сотрудничестве в «С. в.». «Познакомился с Волынским; в мартовском № “Сев. в.” будут мои стихи», – сообщает Бальмонт 15 января. Через полмесяца, 31 января, пишет: «Моё сотрудничество в “Северном вестнике” и “Вестнике иностр. литер.” – факт решённый» (ЦГАЛИ <ныне РГАЛИ. – Прим. редкол.>. Ф. 57 (фонд Бальмонта). Первые два стихотворения Бальмонта появились в майской книжке.

2. ИРЛИ. Архив Л.Я. Гуревич, 19801 /CXXXVб3; ср. в письме к Волынскому из Оксфорда от 1 мая (нового ст.) 1897 г.: «Меня очень порадовали письма Любови Яковлевны, где она приглашает меня и мою жену стать товарищами в деле, которое мне так дорого. Я надеюсь быть Вам полезным по возвращению в Россию...» (ЦГАЛИ. Ф. 95). Однако «компания» с Бальмонтом так и не составилась. Каковы были причины этому, сказать трудно. Возможно, Бальмонт, приехав в Россию и узнав о кризисе журнала и наметившемся расхождении его с символистами, не рискнул вступить в пайщики, тем более что не настолько был богат, чтобы субсидировать издание журнала. В письмах Гуревич к Э.И. Мешингу, обильных всякого рода сведениями о символистах и последних годах журнала, есть неоднократные упоминания о том, что 3. Гиппиус разрушила какую-то «пайщицкую комбинацию» и сделала много для того, чтобы погубить журнал. О какой комбинации идёт речь – установить нелегко, возможно и о комбинации с Бальмонтом, так как в письме к Мешингу от 19 августа 1898 г. она его так характеризует: «...молодой русский поэт Moderne, сотрудник, но не друг “Северного вестника” – он даже не любит меня и Волынского, он друг Гиппиус» (ЦГАЛИ. Ф. 131). Но к высказанному предположению, так же как и к самим письмам Гуревич периода краха журнала, надо подходить с известной долей осторожности, многие факты ею раздуты или поданы слишком субъективно.

3. The Athenaeum. 1898. July. 2, № 3688. Р. 26.

4. ЦГАЛИ. Ф. 57 (фонд К.Д. Бальмонта).

5. Там же.

6. ИРЛИ. Архив Л.Я. Гуревич, 19801 /CXXXVб3 (письмо Бальмонта от 21 января 1897 г.).

7. Там же (письмо от 17 декабря 1896 г.).

8. ЦГАЛИ. Ф. 95.

Печатается по: Куприяновский, П.В. «Оглядываюсь на прошлое…»: журнал «Северный вестник» 1890-х годов и его литературная позиция. Воронеж, 2009. С. 192—194, 198.

 

Информация о сайте

Разработка сайта
Иван Шабарин
Контент-менеджер
Денис Овчинников

Шрифт Arial Armenian

Для корректного отображения текста на армянском языке необходимо установить на ваш компьютер